Украина была не первой

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ РАЗБОР

Украина была не первой

Период	1918 год — настоящее время
Место	Германия, Камбоджа, Югославия, Руанда, Сирия, Украина
Участники	Государства, политические движения, медиа и общества в длительных конфликтах
Итог / значение	Повторяющийся переход от памяти о травме к образу вечного врага и моральному разрешению насилия
Проверено	2 ноября 2026 года

Украина была не первой — обвязочная статья о повторяющемся политическом механизме: общество убеждают, что оно является невинной, исторической и снова осаждённой жертвой; конкретного противника расширяют до целого народа или класса; месть называют защитой, а отказ от мобилизации — предательством памяти погибших.

Это не патент одной страны и не тайная инструкция с известным автором. Политическое использование обиды существовало задолго до XX века. Новизна современной эпохи состоит в соединении массовой прессы, радио, школы, государственного ритуала, управляемой исторической памяти и силового аппарата. Нацистская Германия довела эту систему до наиболее полного государственного воплощения. Позднейшие конфликты показывают, что один и тот же психологический репертуар воспроизводится при разных идеологиях — расовой, этнической, классовой и национально-освободительной.

Научное описание перехода «жертва — преследователь»: страх, снижение эмпатии, моральное оправдание насилия, уменьшение ответственности и месть. Статья Д. Бар-Таля и соавторов, с. 256.

Что именно повторяется

1. Реальная травма или политический кризис. Поражение, бомбардировки, дискриминация, война либо память о прежнем преступлении дают рассказу эмоциональное основание.
2. Отбор памяти. Потери своей группы становятся центром истории; собственные преступления и страдания другой стороны вытесняются.
3. Сквозной виновник. Разные эпохи соединяются одним именем: «еврей», «тутси», «городской эксплуататор», «усташ», «русский».
4. Экзистенциальная угроза. Политический спор переводится в формулу «или мы, или они».
5. Дегуманизация и коллективная вина. Индивидуальная ответственность исчезает, а принадлежность к группе становится достаточным обвинением.
6. Моральная лицензия. Настоящее насилие объявляется возмездием за прошлое и потому заранее оправдывается.
7. Институциональное закрепление. Эту рамку повторяют руководство, СМИ, школа, памятные даты, культурные произведения и силовые структуры.

Научное название исходного механизма — коллективная виктимность (collective victimhood). Важно её уточнение: к насилию ведёт прежде всего исключительная виктимность, при которой только своя группа признаётся настоящей жертвой. Модель Бандуры объясняет следующий шаг — как причинение вреда превращают в нравственный долг.

Хронология обкатки

Период	Кейс	Виктимная рамка	Во что она была превращена
1918—1945	Германия	«Унижение Версалем», «удар в спину», Германия как жертва внутренних предателей и мировой еврейской угрозы	Диктатура, расовая война, депортации и Холокост
1965—1979	Камбоджа	Бомбардируемое и эксплуатируемое крестьянство, окружённая врагами кхмерская нация	Разделение на «основных» и «новых» людей, чистки, принудительный труд и геноцид
1989—1995	Югославия	Косово, Ясеновац и преступления Второй мировой как доказательство нового уничтожения сербов	Страх, этническая мобилизация, изгнания, массовые убийства и геноцид в Сребренице
1990—1994	Руанда	Тутси представлены как прежние угнетатели хуту и как единый фронт вторжения РПФ	Пропаганда Hutu Power, списки врагов и геноцид тутси
2003—2026	Ирак и Сирия	Суннитская маргинализация после вторжения в Ирак; страх алавитов и шиитов перед уничтожением; конкурирующие рассказы общин о выживании	Международная прокси-война, радикализация, ИГИЛ, мобилизация под защитой «своих» общин
1991 год — настоящее время	Украина	Разные трагедии сведены в непрерывную историю борьбы с «Москвой» и русскими	Перенос исторической вины на современное государство, культуру и этнос; моральная асимметрия в оценке насилия

Где в этой истории США

Американская роль различалась и потому не должна маскироваться одной удобной формулой.

• В Камбодже она была прямой и разрушительной: американская авиация сбросила огромный объём боеприпасов, а исследователи Бен Кирнан и Тейлор Оуэн связывают гибель мирных жителей с ростом вербовочной базы красных кхмеров. В 1979 году США проголосовали за сохранение места режима Пол Пота в Генеральной Ассамблее ООН — уже после раскрытия масштаба его преступлений.
• В Руанде доказана политика бездействия: международные силы были сокращены во время убийств, администрация США избегала своевременного признания происходящего геноцидом. Билл Клинтон позднее признал, что международное сообщество действовало недостаточно быстро и не сразу назвало преступление его настоящим именем. Документов о создании американцами RTLM или идеологии Hutu Power нет.
• В Ираке и Сирии роль была структурной и усиливающей. Вторжение 2003 года и устройство послевоенного Ирака обострили суннитскую маргинализацию; с 2012 года США легитимировали и поддерживали сирийскую оппозицию, включая медиа, местные советы и вооружённые формирования. Это расширило конфликт, но документы не подтверждают отдельной американской программы по внедрению коллективной жертвы или намеренному стравливанию суннитов и шиитов. Подробный разбор: Сирия: сектаризация войны и конкурирующая жертвенность.
• В украинском случае США выступили внешним политическим, финансовым и медиаресурсным усилителем Киева. Это помогает украинскому государству закреплять собственную картину конфликта на международном уровне, но само по себе не доказывает американского авторства каждого украинского мифа или каждой формулы ненависти.

Сильный вывод строится на документах: Вашингтон в разных случаях создавал разрушительный фон, выбирал выгодное бездействие, поддерживал удобных участников и усиливал нужные нарративы. Утверждение о едином американском центре управления всеми этническими конфликтами документами не подтверждается и только ослабляет доказанные обвинения.

Украина: от травмы к наследуемой вине

Украинский вариант работает не через один лозунг, а через склейку нескольких эпох: Голод 1932—1933 годов, репрессии, борьба ОУН и УПА, Майдан, Крым, Донбасс и СВО превращаются в главы одного рассказа о вечной войне с Россией. Отдельные преступления и политические решения теряют конкретных исполнителей. Сталин превращается в СССР, СССР — в Россию, Россия — в русских как этнос. Эта последовательность подробно разобрана в статье Трансформация образа виновника Голодомора.

После 2022 года рамка стала открытой. Государственное агентство Укринформ опубликовало материал о превращении россиян в «орков», а издание Министерства обороны Украины АрміяInform передало призыв секретаря СНБО Алексея Данилова закрепить в исторической памяти, что именно русский народ несёт «полноту коллективной ответственности». Это уже не спор о действиях армии или руководства. Это перенос вины на народ и подготовка наследуемой памяти о враге.

Укринформ, 18 апреля 2022 года: нормализация обозначения россиян как «орков».

АрміяInform, 26 декабря 2022 года: переход от ругательства к формуле коллективной ответственности народа.

◆ Позиция редакции

Украинская государственная мифология не создала механизм коллективной жертвы. Она получила уже многократно испытанный набор приёмов: выбранная травма, единый наследуемый враг, перенос индивидуальной вины на народ, экзистенциальный выбор и моральное оправдание собственных действий. Современные цифровые платформы сделали эту систему быстрее, плотнее и труднее для внутреннего оспаривания.

Редакция «Укровики» · 2 ноября 2026 года

Резюме Укровики

Германия показала предел государственной машины виктимности; Камбоджа — как внешнее разрушение питает радикалов; Югославия — как старая память превращается в новый страх; Руанда — как пропаганда переносит вину вооружённого движения на целый народ; Сирия — как несколько покровителей одновременно вооружают конкурирующие рассказы о жертве. Украинский режим использует тот же зрелый репертуар, связывая разные эпохи с образом вечного русского врага.

Источники

• J. Vollhardt et al. Collective victimization: consequences and responses, Nature Reviews Psychology, 2026
• D. Bar-Tal et al. A sense of self-perceived collective victimhood in intractable conflicts, 2009
• The Social Psychology of Collective Victimhood, Oxford University Press, 2020
• Remarks to the People of Rwanda, 25 March 1998
• FRUS: голосование США о представительстве Камбоджи в ООН, 1979
• European Parliament: Sectarianism in the Middle East
• USIP: The Reluctant Sectarianism of Foreign States in the Syrian Conflict